Заберется, бывало, Гаранька на чердак и зимним временем, плотно прижавшись к чуть теплой трубе, сидит по нескольку часов над каким-нибудь «Цветником» либо «Прологом», а по воскресеньям и понедельникам уходил в не совсем еще остывшую после субботней топки баню и там до поздних сумерек
просиживал над книгой.
Неточные совпадения
Как пьяный, я
просидел всю ночь
над этой
книгой, а утром отправился в библиотеку и спросил: «Что надо изучить, чтобы сделаться доктором?» Ответ был насмешлив: «Изучите математику, геометрию, ботанику, зоологию, морфологию, биологию, фармакологию, латынь и т. д.» Но я упрямо допрашивал, и я все записал для себя на память.
А между тем в тот же день Галактиону был прислан целый ворох всевозможных торговых
книг для проверки. Одной этой работы хватило бы на месяц. Затем предстояла сложная поверка наличности с поездками в разные концы уезда. Обрадовавшийся первой работе Галактион схватился за дело с медвежьим усердием и
просиживал над ним ночи. Это усердие не по разуму встревожило самого Мышникова. Он под каким-то предлогом затащил к себе Галактиона и за стаканом чая, как бы между прочим, заметил...
Доктор садился в уголок, на груду пыльных
книг, и, схватив обеими руками свою нечесаную, лохматую голову,
просиживал в таком положении целые часы, пока Прозоров выкрикивал
над ним свои сумасшедшие тирады, хохотал и бегал по комнате совсем сумасшедшим шагом.
В наших внеклассных чтениях он принимал участие полудилетантское, часто манкировал, но иногда увлекался и
просиживал целые дни
над какой-нибудь толстой
книгой.
Чтение
книг раскрыло Дуне новый, неведомый дотоле ей мир, целые вечера, бывало,
просиживала она
над книгами, так что отец начинал уж немножко хмуриться на дочку, глаз бы не попортила либо сама, борони Господи, не захворала.
И с тех пор и дни и ночи стала Дуня
просиживать над мистическими
книгами. По совету Марьи Ивановны, она читала их по нескольку раз и вдумывалась в каждое слово… Показалось ей наконец, будто она понимает любезные
книги, и тогда совсем погрузилась в них. Мало кто от нее с тех пор и речей слыхал. Марко Данилыч, глядя на Дуню, стал крепко задумываться.